Jewang-ui Ddal, Soo Baek Hyang, 2013 – часть четвертая – «Сюжетно-финальная»

Глубокий вдох, сто восемь серий действительно закончились. После того, как нас почти сказочно ввели в сюжет, дальше он покатился по вполне накатанным рельсам интриг, выживания, героических поступков, шпионажа, любви, запретов, коварства, благородства и всего остального. Кстати, шпионажу уделяется достаточно внимания. Пэкче в тот период было не самым мощным королевством, и многого король Мурён добился дипломатией и проницательностью.

Соль Хи, выдающая себя за Су Бэк Хян – потрясающе изворотливая мерзавка, готовая ради красивой жизни и память матери в грязь втоптать, и отца предать, и родную сестру на плаху отправить. Соль Ан наконец-то научилась владеть собой и обрела манеры. В глазах появилась жестокость, а в голосе – металл. Ну что ж, à la guerre comme à la guerre, даже если войну против тебя затеяла родная сестра.

Пересказывать сюжет ста восьми серий практически невозможно, да я и не собираюсь этого делать, скажу только, что произойдет очень много событий, прежде чем откроется вся правда о подменных принцах и принцессах. И, конечно же, в сериале присутствует романтическая составляющая, куда ж без этого, тем более имеются два молодых человека (принц Му Ён и принц Чжин Му) и две девушки (Соль Ан и Соль Хи).

Что касается актерской игры в целом – мне понравилось. Конечно, как азиатская страна, Корея не избежала и обилия «супер-пупер-мега-звезд», которые присутствуют на экране только для толп фанатов и носят свою красоту туда-сюда, но в основном это молодежные «звездочки», и пасутся они в молодежных романтических сериалах. В исторические, как мне показалось, идут те, кто посерьезнее. Одна моя коллега не смогла смотреть сериал, потому что ей показалось все слишком наигранным и театральным. Я же считаю, что это непременное условие, обусловленное историчностью. В те времена именно так говорили, так чувствовали, общение было по-восточному красиво-напыщенно-формально. И судить насчет недоигранности тоже не стоит торопиться – надо просто присмотреться, даже если и «морда кирпичом», то играют глазами – ух как!

Jewang-ui Ddal, Soo Baek Hyang, 2013 – часть третья – «Королева мать»

Традиционно в исторических дорамах королевы или императрицы, особенно когда они еще и дочери министров, являются теми еще интриганками и подковерными борцами. Только успевай уворачиваться от их подлянок. В этом сериале пошли по другому пути – королева просто прелесть какая дурочка, очень добрая и наивная. Немножко взбалмошная, очень любит своего мужа – короля, для которого, скорее, является младшей сестрой, нежели женой, папу-министра при всех называет «папа», хотя должна обращаться «господин министр», и вообще няша :)

Jewang-ui Ddal, Soo Baek Hyang, 2013 – часть вторая – «20 лет спустя»

Прошло двадцать лет. Ку Чон и Чхэ Хва, по-прежнему, живут в родной деревне вдали от шума и суеты. Их дочери выросли. Старшая Соль Ан – девка отчаянная, готовая за сестрой в огонь и в воду, но простая до неприличия и прямая как рельса. Она любит свою семью, мечтает выйти замуж за соседа и разводить с ним свиней. Младшая Соль Хи – красивая и амбициозная. Она стыдится своей бедности и мечтает о другой – роскошной жизни.

А что же в это время происходит в королевском дворце? А происходят там вещи вроде бы повседневные, но для меня абсолютно непостижимые. Во-первых, фельдмаршал Юн все-таки стал королем. Непонятно, к чему нужны были все эти понты и шухер до небес с обвинениями в предательстве, погонями и преследованиями. Кстати, маршал Хэ, дабы не отвлекать Его новоиспеченное Величество от забот государственных, сказал, что Чхэ Хва погибла. Я по наивности своей решила, что «непонятки» мои на этом закончатся, но они только начинались. Потому что дальше монарх совершает поступок еще более, на мой взгляд, нелогичный. Дело в том, что умирающий король попросил кузена позаботиться о своем сыне, чтобы тот не стал предметом интриг и раздоров. И нынешний король, подобно царю Аггею из русских сказок, поменявшего своего сына с сыном ключницы, тоже меняет детей местами. История, знаете ли, повторяется, пусть даже сказочная. Но мне совершенно непонятно, зачем и почему действующий законный король приближает двоюродного племянника, воспитывая его наследным принцем, отталкивая родного ребенка, заставляя его все время жить за пределами дворца и чувствовать себя всеми покинутым и одиноким. Но как бы то ни было, принцы выросли.

Наследный принц Му Ён – умный, порядочный, справедливый, прям радость и гордость короля. Родной сын Чжин Му – красивый и тоже не дурак, но топящий свое одиночество в пьянках-гулянках. Он живет единственной мечтой – отомстить нынешнему королю за смерть родного (якобы) отца, и вернуть себе законное право на престол.

Для улаживания дел по торговле нефритом, король собрался в деревушку, где живет Чхэ Хва и ее семейство. Во время этой поездки Чжин Му замышляет убийство Его Величества. Но планам не суждено было сбыться. Зато Маршал Хэ узнал, что Чхэ Хва жива и немедленно доложил об этом королю. Чжин Му тоже узнал, что Чхэ Хва жива, и он не упустил возможности отомстить. Его люди убили не только Ку Чона и Чхэ Хва, но и зверски уничтожили всю деревню. Таким образом Чжин Му как бы не просто избавился от женщины, отец которой убил его (опять же якобы) родного отца, но и убил женщину, любовь к которой король пронес через всю жизнь. В живых остались только сестры. И так получилось, что именно Соль Хи услышала признание умирающей матери об истинном происхождении Соль Ан.

Соль Ан корячится, работая в таверне, пытаясь собрать хоть какую-то информацию о бандитах на них напавших, а предприимчивая Соль Хи приняла решение отказаться от сестры и сбежала в Пэкче. Там она сумела добиться аудиенции короля, показала заколку своей матери и, в общем-то, без особых трудностей выдала себя за королевскую дочь – Су Бэк Хян.

Пока Соль Хи наслаждается новой беззаботной жизнью во дворце, бедная Соль Ан, уверенная, что ее сестру похитили бандиты, скачет по горам и долам в надежде отыскать Соль Хи. Во время своих поисков она познакомилась с Му Ёном, который пообещал девушке помочь найти ее младшую сестру, но с условием, что Соль Ан станет участником его секретной группы.

Так судьбы всех героев причудливо переплелись в стенах королевского дворца. Небольшое уточнение, - всех вышеперечисленных героев, а не всех героев сериала, так как второстепенных колоритнейших персонажей - не пересчитать! Чего стоят одни только деревенские вдовушки.

Jewang-ui Ddal, Soo Baek Hyang, 2013 - часть первая - «Вступительная»

Посмотрела очередной корейский сериал «Дочь короля Су Бэк Хян», который хоть и не сразу, но очень понравился. Итак, 6 век нашей эры, государство Пэкче, времена правления короля Мурёна. Как и полагается корейской исторической дораме, повествование начинается не с главных героев, а с их родителей, причем обязательно с элементами трагедии.

Двоюродный брат действующего короля фельдмаршал Юн выигрывает сражение за сражением, что, безусловно, вызывает восторг народа и некую зависть Его Величества. Мужественный фельдмаршал влюблен в Чхэ Хва – дочь не очень умного, но очень амбициозного управляющего приграничной крепости Бэк Га. Пожениться у них пока не получается, но по сеновалам они таки скачут (со всей корейской целомудренностью). В одну из таких встреч фельдмаршал обмолвился, что если бы у них родилась дочь, он назвал бы ее Су Бэк Хян, что значит «Аромат столетия», - защитница Пэкче. И до беременности Чхэ Хва они все-таки доскакались, но об этом пока известно только служанке госпожи.

Отец девушки не сидит, сложа руки, а при ловком манипулировании со стороны придворного маршала Хэ подстраивает убийство нынешнего короля с целью возведения на престол фельдмаршала, и уже спит и видит себя зятем нового короля, но у хитрого лиса маршала Хэ другие планы. И вот уже Бэк Га объявляют государственным преступником и приговаривают к смертной казни. Несмотря на то, что Чхэ Хва и представления не имела об отцовских планах, ей тоже достается, отныне она - дочь предателя.

Неизвестно, чем бы все это закончилось, но Чхэ Хва, носящую под сердцем ребенка фельдмаршала, спасает влюбленный в нее немой слуга Ку Чон. Они сбегают жить в глухую деревню, где их никто не знает. От горя и отчаяния Чхэ Хва сначала собралась было покончить с собой, но потом передумала ради той, новой жизни внутри нее. И в положенный срок у нее родилась дочка, которую она назвала Соль Ан. Но мы-то с вами знаем, что на самом деле она никакая не Соль Ан, а Су Бэк Хян.

Жизнь порой складывается так, что настоящую любовь приходится прятать глубоко в сердце и жить по принципу «стерпится – слюбится» с тем, кто все это время находился рядом. В общем, через пару лет у Чхэ Чхва и Ку Чона родилась вторая дочка – Соль Хи.

Merchant Kim Man Deok, 2010

«С почином вас, Глеб Егорыч!» Это я к тому, что к корейским долгоиграющим драмам приобщились уже даже самые отсталые слои населения – в моем лице. Не спрашивайте меня, как получилось так, что я – любительница азиатских фильмов, до сих пор не видела ни одного приличного корейского фильма. Неприличного, впрочем, тоже. Ответа вы не получите, потому что я сама не знаю. Пожалуй, отдельно, можно выделить мое давнишнее кино-знакомство с Ким Ки Дуком, который, кстати сказать, так сильно ошарашил меня своим творчеством, что спустя десять лет я до сих пор пребываю в культурном шоке.

Но, видимо, до всего нужно дорасти, и теперь я уселась смотреть корейский сериал «Купчиха Ман Док».

Далеко в океане, примерно в 185 км от побережья Корейского полуострова расположен один из самых загадочных островов – Чеджу. Белые песчаные пляжи, причудливые базальтовые скалы и вулканические пещеры, ниспадающие прямо в море искрящиеся водопады, величественные сосны над океаном, роскошные отели на берегу… Сложно представить, что много лет назад сюда ссылали политических преступников и инакомыслящих интеллектуалов. Ну, примерно как в нашу Сибирь. Отправив неугодных с глаз долой, власти, понятное дело, не спешили налаживать регулярное сообщение с местом скопления опасных бунтарей. Отсюда – совершенно особый жизненный уклад, традиции и даже диалект.

С приходом к власти правящей династии Чосон, сменившей династию Корё, для островитян начались тяжелые времена. Мужчины были вынуждены отправляться в море, чтобы нести обременительную воинскую повинность и добывать дары моря для отправки в качестве подношений королевскому двору. Они служили на оборонительных сооружениях острова или тяжело трудились, чтобы обеспечить поставку в столицу всего того, чем славился Чеджу – лошадей, мандаринов, морских ушек. В конце концов, когда условия жизни на острове стали невыносимо каторжными, мужчины начали массово сбегать на материк. Тогда в 1629 году королевским указом жителям Чеджу было строжайше запрещено покидать остров, а так как мужчин на острове к тому времени почти не осталось, то для несения воинской повинности стали привлекать женщин.

Так море стало для женщин всем – местом борьбы за выживание, источником пропитания, суровыми буднями и мечтой. Наверное, именно поэтому женщины этого бедного природными ресурсами острова, подобно божествам из местных легенд, отличаются внутренней силой и четким понятием того, кто они есть, ведь им издревле приходилось проявлять сверхчеловеческие способности, чтобы выжить. Об одной из таких женщин, сумевшей преодолеть все жизненные трудности, и рассказывает сериал «Купчиха Ман Док».

«Мулан» (Hua Mulan), 2009

«Кто-то однажды сказал, если уйдешь далеко от дома - потеряешь корни, если убьешь слишком много людей - забудешь самого себя, если погибнешь на поле боя, твоя кровь просочится в землю, словно дождь, и исчезнет без следа, но если ты любишь кого-то, то надежда прорастет цветами и наполнит жизнь красками»

А у меня, тем временем, еще одна очень красивая история – «Мулан», точнее «Хуа Мулань» - китайский фильм 2009 года с Чжао Вэй в главной роли.

Приключения Мулан впервые были описаны в известной китайской музыкальной поэме «Баллада о Мулан», предположительно, в 5-м веке н.э. К сожалению, первоначальный текст этого произведения был утрачен во времена правления династии Тан, поэтому за оригинал поэмы принято считать более позднюю работу китайского музыканта-песенника Го Маоквана в 12 веке. На протяжении веков и до наших дней ведутся споры о том – была ли Мулан исторической личностью или же это плод фантазии древних китайцев.

Как бы то ни было, но «Балладой» заинтересовались киносоздатели и сняли удивительный, очень интересный и очень красивый фильм о женщине-воине.

«Женщина в черном» (The Woman in Black), 1989

Сразу же после просмотра фильма «Женщина в черном» 2012 года, я уселась смотреть оригинальную версию 1989 года, которую поставил британский режиссер Херберт Уайз. Его творения не показывались на большом экране, а выходили сразу на ТВ. Ясное дело, что бюджет их был неприлично мал, и «Женщина в черном» не стала исключением – незамысловатые декорации, отсутствие сложных трюков и эффектов – скромность и простота царит в мире Херберта Уайза.

Какие уж тут трюки и спецэффекты – черный женский силуэт то появляется, то исчезает при смене кадров. Никакого тебе готичного флера под высокотехничным соусом, и главная злодейская барабашка такая будничная, что оторопь одолевает, когда камера ее берет крупным планом.

«Женщина в черном» (The Woman in Black), 2012

Роман «Женщина в черном» (The Woman in Black) английской писательницы Сьюзан Хилл (Susan Hill) вышел в 1983 году и стал настоящим глотком свежего воздуха на фоне различных американских страшилок, акцентировавших внимание читателя на кровище и содомии. Это была старая добрая английская готическая история в духе Уилки Коллинза, умевшего вызывать мурашки по коже, лишь одними намеками и атмосферой, не прибегая к фонтанам крови и расчлененке. Писательница построила свое творчество на сюжетах подобного рода, щедро черпая идеи из классических жанровых произведений.

На дворе - конец девятнадцатого века, закат викторианской эпохи. Но хотя люди пользуются автомобилями, железными дорогами и телеграфом, они, по-прежнему, бессильны перед проявлением высших сил. После того как жена молодого лондонского юриста Артура Киппса умерла, жизнь для него превратилась в нескончаемую пытку. Сводить концы с концами ему становится все труднее и труднее, а на руках четырехлетний сын, поэтому Артур соглашается на командировку в истинно британский «кантрисайд», чтобы поковыряться в бумажках недавно почившей помещицы миссис Драблоу и подготовить к продаже ее поместье.

«Деликатесы» (Delicatessen), 1991

Довольно странный киновыбор для выходной пятницы, но как бы там ни было, я уселась смотреть «Деликатесы» французского режиссера Жан-Пьера Жене. Эта «черная комедия» стала своеобразной «культурной сенсацией» 1991 года. Она получила четыре премии «Сезар», в том числе за лучший дебют и сценарий, «Феликс» за работу художников и для откровенно эстетской ленты довольно хорошо прошла в европейском прокате и на американских экранах.

«Распутин» (Rasputin), 1996

В последнее время, а точнее, со времени моего возвращения из Санкт-Петербурга, меня вплотную заинтересовала история династии Романовых. Что, в общем-то, неудивительно и кагбэ даже логично.

Естественно, что наибольшее внимание привлекают самые одиозные личности, например, император Николай Второй, его семья и ближний круг, в котором ярко выделяется фигура Григория Распутина. Я прочитала несколько исторических исследований, художественных произведений и мемуаров, пересмотрела сто миллионов всевозможных документальных фильмов и передач и поняла только одно – я не знаю, кому верить. Я предполагала, что у каждого автора свое видение темы Распутина, но чтобы мнения разнились настолько, я не могла даже и представить!

Одни утверждают, что Распутин был чуть ли не «подлинным царем» России и, если бы его не убили в декабре 1916 года, то наша история сегодня выглядела бы совершенно иначе. Они называют его циником, двуличным шарлатаном, безбожным пьяницей, развратником. Другие впадают в иную крайность и представляют Распутина «человеком из народа», бесконечно преданного царской чете и чуть ли не невинной жертвой политического безумия, охватившего Россию в то время. Политики обвиняют царицу в шпионаже, а священники объявляют, что убийство Гришки – благо, за которое «сорок грехов снимется».

Создатели фильма «Распутин: Темный слуга судьбы» с Аланом Рикманом в главной роли благоразумно придерживаются «золотой середины». Этот фильм можно рекомендовать использовать в качестве учебного пособия на уроках истории дореволюционной России – настолько аккуратно там отражен данный период.

«Анна Каренина», 1948

Настроение, близкое к истерике, так называемое «пафос отчаявшегося за гранью», безусловно, предопределило просмотр именно этого фильма. Ну что еще, скажите мне, можно смотреть в таком состоянии духа? Конечно же, «Анну Каренину». Чтобы из пустого эпизода обязательно культ «душа навынос». Чтобы штырило. Спускало кожу. Выкручивало нервы. Говорило шепотом на грани срыва в крик. Чтобы каждое слово, каждое движение как размашистый автограф. Прерывисто, резко, с паузами для дыхания. Жестко. Четко. Навылет. Иногда навзрыд.

То, что я буду смотреть «Анну Каренину», не вызывало никаких сомнений. А вот над тем, кого именно я хочу видеть в этой роли, пришлось немного поразмыслить. Быстренько перемотав все имеющиеся у меня версии, я решила, что Вивьен Ли – это то, что мне надо. И не ошиблась.

Вообще, надо отметить, Анну Каренину я никогда не любила. Не в виде художественного произведения, а в виде героини этого самого произведения. Недалекая, экзальтированная дама, желающая заставить всех плясать под свою дудку, не очень хорошо понимающая, что же именно она хочет получить в итоге. Но тут, сами понимаете, дождливый ноябрьский вечер, ощущение полнейшей безнадеги, ну разве можно анализировать любовь, пребывая в подобном настроении? Нельзя! И я и не анализировала. Я просто смотрела. И безумно сопереживала.

А еще я любовалась, любовалась и еще раз любовалась своей любимой несравненной Вивьен Ли. Будучи не единственной причиной просмотра, она стала все-таки единственной причиной восторга. В такую Анну нельзя не влюбиться. А от такого мужа нельзя не гулять, но не с таким Вронским. Впрочем, я обещала себе, что обойдусь без анализа, буду просто созерцать.

«Зеленая змея» (Ching Se), 1993

Китайская цивилизация – одна из древнейших на планете. Не удивительно, что фольклор Китая полон романтических сказаний, легенд, мифов, повествующих о сказочных богатырях, небывалых подвигах, о добре и зле, и, конечно же, о вечной любви. Персонажи, родственные шекспировским Ромео и Джульетте, можно встретить, вероятно, у любого народа, но едва ли где-нибудь, помимо Китая, можно услышать легенду о Белой Змее.

Сюжет легенды построен на истории любви, вспыхнувшей между простым смертным и девушкой-змеей, пришедшей на Землю из мира духов. В истории фигурируют две змеи – Белая и Зеленая. Получившая за некие заслуги статус небожителя, змея-демон обладает способностью в облике красивой девушки посещать мир людей. Ее возможности очень велики, но есть одно табу – нельзя допустить, чтобы в нее влюбился земной человек, ибо это никому не сулит ничего хорошего. Тем не менее, между Бай Сучжэнь (земное имя Белой Змеи) и помощником аптекаря Сюй Сянем вспыхнула взаимная и вполне земная любовь, в результате которой девушка забеременела.

Казалось бы, влюбленные счастливы, но пророчество о гибельности демонической страсти не может не сбыться. Еще один главный персонаж легенды - монах-экзерцист, чье высшее предназначение состоит в борьбе с темными силами на Земле. Не только традиционные боевые искусства, но и четки, палочки для еды и прочие подручные предметы использует монах для спасения души юноши и изгнания Белой Змеи.

Конечно же, сражение заканчивается победой монаха, и демонша вынуждена вернуться в потусторонний мир. Однако для влюбленных сердец подобная развязка трагична, поскольку разрушает чистое и искреннее чувство. Поэтому для китайцев легенда о Белой Змейке - это притча о неземной, но красивой и драматичной любви, которая, увы, изначально обречена на несчастливый исход.

В 1993 году благодаря известному режиссеру Цуй Харку свет увидел очередную экранизацию этой красивой сказки. Абсолютно нет никакого желания разбирать сюжет, что-то анализировать и к чему-то придираться, потому что этот фильм – настоящий визуальный шедевр. Просто феерическое сочетание оттенков, невероятная операторская работа, потрясающий вкус в выстраивании композиции кадра, костюмы, грим, а какая обалденная музыка! – все это настолько красиво и органично, что захватывает дух.

«Ножичков у нас на всех хватит»

Сказать, что Федор Михайлович Достоевский мой любимый писатель с детства, значит, соврать. Причем, не просто так милинько приукрасить, а соврать самым что ни на есть наглым образом. Впрочем, это касается не только Достоевского. Сюда же можно отнести и Толстого, Некрасова, Чернышевского, Тургенева, Горького, Грибоедова, Пушкина, Островского, Лермонтова, Гоголя – кого там еще изучают в школе?

В то время, когда в учебный план школьной программы начали вливаться объемные произведения обязательные к изучению, я весьма тяготилась их чтением. Ну, вот скажите мне, какой нормальный ребенок захочет летом читать «Мертвые души» или «Преступление и наказание»? Ну запомнила я, что Обломов был ленивым, а вникать в философию самого автора и мысли не возникало. В «Войне и мире» даже самые старательные отличники благополучно перелистывали длиннющие монологи и описания батальных сцен.

Всегда немного побаивалась Гоголя, особенно вспоминая про искореженную ногтями обивку, от стихов я ни разу не заплакала, мороз по коже не пробежал, я вообще стихов не люблю. У Достоевского меня, видимо, подсознательно раздражала его идея создания сверхчеловека, пришедшего к Богу через грехи. Нет, тогда я этого понять и осознать в принципе не могла, это случилось гораздо позже. Никогда не любила Анну Каренину, считая ее дамой, мягко говоря, чересчур экзальтированной и весьма недалекой.

Я вообще считаю, что наша школьная программа составлена категорически неверно. Все это ранее чтение взрослых книг приводит на самом деле к тому, что книги прочитаны в том возрасте, когда не могут полноценно восприниматься – ни душевных, ни умственных сил и способностей на них не хватает. При этом они прочитаны исключительно для училки «на отвали», сюжет местами ухвачен, сочинение кое-как содрано у критиков, но хуже всего то, что мысленно поставлена галочка «я знаком с классикой».

А ведь «Преступление и наказание» Достоевского роман просто потрясающий. Перечитав его в прошлом году от начала до конца, практически с открытым ртом, я в очередной раз с сожалением поняла, как неправильно нас учат в школе. Но я сейчас хочу написать не о самом романе, а о фильмах-экранизациях. Нет, здесь не будет рецензий, просто попытка соотнести то, что писал Достоевский и то, как это увидели создатели фильмов различных времен и народов.

И начну я с французской постановки 1956 года «Crime et châtiment», снятой режиссером Жоржем Лампеном.

«У каждого свое безумие»

Мое первое знакомство со Стефаном Цвейгом состоялось лет десять назад с новеллы «Амок». На этом оно, впрочем, и закончилось. Уж не знаю почему, но за Цвейга я больше не принималась. И вот вчера я решила возобновить свои литературные вечера в компании с австрийским писателем и снова взялась за «Амок». После прочтения тут же уселась смотреть кино. Скажу честно, немного побаивалась, что фильм, как это обычно бывает с различного рода экранизациями, смажет к чертовой бабушке все сильные впечатления, оставшиеся после книги. Но о чудо! То ли настроение у меня было подходящее, то ли фильм действительно хорош, но он не только не испортил мое личное восприятие героев книги, но и наоборот, так скать, вдохнул в них жизнь.

В марте 1912 года на пароходе, идущем из Калькутты в Европу, в одной из ужасно неудобных кают, плывет человек. Он с таким нетерпением стремился попасть домой, что недолго думая, согласился путешествовать в любых условиях.

«Пароход был переполнен, а каюта плохая – тесный четырехугольный закуток недалеко от машинного отделения, освещенный только тусклым глазом иллюминатора. В душном, застоявшемся воздухе пахло маслом и плесенью; ни на миг нельзя было уйти от электрического вентилятора, который, как обезумевшая стальная летучая мышь, вертелся и визжал над самой головой. Внизу машина кряхтела и стонала, точно грузчик, без конца взбирающийся с кулем угля по одной и той же лестнице; наверху беспрерывно шаркали шаги гуляющих по палубе. Там царили сутолока и теснота: тут было полно людей, которые с нервозностью, порожденной вынужденным бездействием, без умолку болтая, расхаживали по палубе».